Поиск по сайту :

 
НАВИГАЦИЯ  



Финансовые рынки



Популярные статьи
 


» Юридическая энциклопедия » Проблемы раздела предприятий при наследовании




Проблемы раздела предприятий при наследовании

 

Проблемы раздела предприятий при наследовании

 

Проблемы нежелательного раздела предприятия затрагивают участников коммерческих организаций всех организационно-правовых форм. В определенных случаях для организации выход одного из участников (или выдел соответствующего имущества наследникам участника) может повлечь тяжелые финансовые затруднения, нарушить нормальное функционирование и даже привести к расстройству дел предприятия.

Учредители, создавая коммерческую организацию, рассчитывают срок окупаемости своих вложений в уставной капитал и заранее готовы к определенному периоду развития, когда рентабельность его еще низка. Наследник же, не заинтересованный в работе и развитии предприятия, может преследовать обратную цель — немедленное получение стоимости доли наследодателя (или имущества в натуре).

Рассуждая о проблеме раздела наследниками предприятия, следует учитывать, что наследников, так же как и наследодателей (а также остальных участников коммерческой организации, ее кредиторов и партнеров), волнуют как проблемы раздела имущественного комплекса — предприятия, так и проблемы реорганизации юридического лица, которой часто сопровождается раздел предприятия как объекта прав. В ряде случаев раздел предприятия будет осуществляться и без разделения (выдела и т.п.) юридического лица — когда выплата стоимости доли наследникам повлечет лишь уменьшение уставного капитала, но не затронет организационно-правовую форму юридического лица.

Однако предприятие может быть поделено таким образом, что отдельные составные части имущества, отошедшего к наследникам, не желающим вести дела совместно, потребуют соответствующей реорганизации юридического лица (разделение, выделение и т.д.). В определенный законодателем состав предприятия как имущественного комплекса входят права на обозначение, индивидуализирующее предприятие, его продукцию, работы, услуги (фирменное наименование, товарные знаки, знаки обслуживания), и другие исключительные права (ч. 2 ст. 132 ГК РФ). Одновременно с этим юридическое лицо, фирменное наименование которого зарегистрировано в установленном порядке, имеет исключительное право его пользования (ч. 4 ст. 54 ГК РФ). Товарный знак может быть зарегистрирован на имя юридического лица либо гражданина-предпринимателя (ст. 2 Закона «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров» 1992 г.). Очевидно, что разделение таких составных частей предприятия между наследниками потребует во многих случаях реорганизации юридического лица. Поэтому два этих тесно связанных вопроса должны решаться комплексно.

Рассмотрим варианты раздела наследниками предприятия, которые могут возникать на практике.

Если наследодатель был не единственным членом хозяйствующей организации, то оставшиеся участники, преследуя цели сохранения предприятия, могут в зависимости от ситуации (а также желания наследников, их деловых и моральных качеств и т.п.) принимать или не принимать наследников в свой состав.

Принимая наследника в число участников, остальные участники сохраняют целостность предприятия. Думается, случаи скорого выхода наследников из организации будут редки, ведь такому наследнику целесообразно просто не вступать в число участников, а требовать выдела ему доли имущества наследодателя в натуре (или выплаты ее стоимости). Запрет же выхода наследника из состава участников, во-первых, поставит наследника в положение худшее, нежели положение остальных участников (свободных в принятии решения о членстве), а во-вторых, будет означать для остальных членов обязательность участия наследника в составе участников, что в некоторых случаях может быть для них более нежелательным, нежели выплата ему стоимости доли наследодателя.

Не принимая наследника в свой состав, остальные участники должны будут выплатить ему стоимость доли наследодателя (либо выдать имущество в натуре), что в ряде случаев означает фактическое разделение предприятия — имущественного комплекса (а иногда и разделение юридического лица).

Однако, несмотря на опасность раздела предприятия при наследовании после участника коммерческой организации с множественностью членов, какие-либо запреты или ограничения на раздел предприятия здесь невозможны. Как известно, наследодатель, выражая свою волю в завещании, вправе распространить ее только на свое имущество, но не вправе делать какие бы то ни было распоряжения относительно имущества третьих лиц. Запреты и ограничения, касающиеся наследников, предложенные ст. 1217 ГК РФ, будут затрагивать и интересы третьих лиц — остальных участников коммерческой организации.

Единственно допустимым способом сохранения предприятия в таких случаях представляется предложение о введении правила об отсрочке выплаты наследнику стоимости доли наследодателя — участника хозяйствующей организации, дающего указанной организации время на разрешение возникших в связи со смертью участника проблем.

Помимо этого, далеко не во всякой коммерческой организации выдел доли (выплата ее стоимости) вследствие смерти одного из участников будет приводить к критическим последствиям. В большинстве случаев участники организации заменимы (можно принять на место выбывшего участника третье лицо), выплаты же наследникам возможны за счет продажи части имущества либо за счет кредиторов.

Однако не исключены ситуации, когда такие разделы (выделы) могут оказаться губительными для предприятия, что может быть невыгодно не только остальным участникам и кредиторам, но в конечном итоге и самим наследникам. Особенную опасность может представлять раздел предприятия, где наследодатель является единственным участником (т.е. для ООО и АО с одним учредителем), а также для индивидуальных частных предприятий. В первую очередь создание коммерческой организации единолично чаще всего преследует среди прочих цель оградить предприятие от опасности раздела его соучредителями. Во вторую — единственный владелец коммерческой организации, вкладывая средства в его развитие, обычно рассчитывает на достаточность таких средств и не рассчитывает на внезапный выдел части имущества или раздел предприятия. Кроме того, в коммерческих организациях с несколькими участниками, как правило, известно состояние дел предприятия, его перспективы, наконец, возможные пути выхода из критических ситуаций раздела (выдела). Участники, связанные с судьбой предприятия, будут стремиться сохранить его. Наследники же единоличного владельца предприятия, не участвовавшие ранее в судьбе данной организации, могут быть никак не заинтересованы в продолжение дела наследодателя, даже если он посвятил становлению предприятия всего себя.

Если наследодатель является единственным участником ООО или ОДО или единственным акционером АО (а также ИЧП), то могут возникать следующие ситуации:

1) все наследники желают продолжить дело наследодателя, вступив в состав участников в соответствии с наследственными долями. В таком случае вопрос о разделе предприятия (или выделе долей в имуществе) не возникает, наследники становятся собственниками предприятия в соответствии с наследственными долями. Однако нет никаких гарантий, что через некоторое время наследники не разделят предприятие — и как юридическое лицо, и как имущественный комплекс;

2) никто из наследников не желает вступать в состав участников организации и продолжать дело наследодателя — все изъявляют желание ликвидировать или продать предприятие и получить стоимость причитающихся долей. Здесь могут наступать самые разные последствия: юридическое лицо может сохраниться, полностью перейдя к новым участникам (третьим лицам в случае продажи), либо быть разделено (в случае продажи по частям), либо ликвидировано, может также сохранить свою целостность или прекратить свое существование;

3) наследники желают разделить предприятие, создав на его базе несколько юридических лиц, причем при таком развитии событий могут возникать споры по поводу фирменного наименования и т.д., либо часть наследников изъявляет желание сохранить единство предприятия, в то время как другая желает выделить причитающиеся им доли для присоединения наследственного имущества к другому действующему юридическому лицу либо просто унаследовать стоимость доли и т.п.

При всех возможных вариантах, даже при наследовании предприятия единственным наследником, предприятие может быть подвергнуто нежелательному для организации в целом разделению.

Скорее всего, сонаследники сами не станут учинять экономически невыгодный раздел предприятия (или выдел доли). В случаях, когда это не повлечет особых сложностей для предприятия, раздел (или выдел) вполне возможен, и регулироваться он должен общими нормами о выходе участников из хозяйственных обществ или реорганизации (разделе, выделении) юридических лиц. Хотя не исключено, что оставшееся без единственного участника (учредителя) предприятие может подвергнуться разделу вопреки желанию части наследников (и, возможно, вопреки воле создавшего предприятие наследодателя). При таком раскладе не возникает проблем сочетания интересов прежних соучредителей (участников) организации с интересами наследников. Здесь необходимо будет разрешить коллизию интересов наследников (желающих или нет раздела с волей наследодателя).

Важным вопросом, не урегулированным ныне действующим законодательством, является вопрос о сохранении за наследуемым предприятием его фирменного наименования (а также вопрос о возможности перехода наименования при разделе предприятия наследниками).

«Внешним образом „фирма“ должна проявляться в наименовании предприятия, в подписях на исходящих от предприятия документах, на бланках официальных бумаг, а также может выражаться в вывеске, товарных знаках, наконец в рекламе предприятия».

ГК РФ в ст. 54 предусматривает обязательность для коммерческой организации фирменного наименования. Причем для отдельных организационно-правовых форм юридических лиц Кодексом установлены специальные правила для такого наименования.

Законодательные акты Российской Федерации допускают передачу собственного наименования вместе с предприятием (в том числе и по наследованию) с установлением обязанности указывать фамилию нового собственника. Так, правила о продаже предприятий допускают передачу новому собственнику и фирменного наименования, и другие средства индивидуализации предприятия (ч. 2 ст. 559 ГК РФ).

Следовательно, если фамилия наследодателя — прежнего владельца предприятия — будет неотъемлемым элементом собственного наименования, она может быть оставлена как элемент наименования. Представляется, что правило ч. 2 ст. 559 ГК РФ следует применять в тех случаях, когда фирменное наименование содержит фамилию собственника предприятия. Сохранение фамилии прежнего собственника как элемента фирмы при переходе к новому собственнику с другой фамилией — отступление от принципа истинности фирмы. Наблюдающееся в подобных случаях противоречие между принципами постоянства и истинности фирмы должно быть разрешено в пользу истинности. Для смягчения такого отступления могут быть установлены следующие правила в переходе (сохранении) фирменного наименования при наследовании предприятий. В случаях, когда участники организации желают сохранить ее прежнее наименование (хотя ни один из наследников не носит фамилии наследодателя, содержащейся в фирменном наименовании), в прежнем названии предприятия может быть сохранена фамилия наследодателя при условии добавления перед нею слова «наследник» ( «наследники»). В соответствии с этим правилом полное товарищество «Смирнов и К°„ должно переименоваться в „Наследник Смирнова и К°„ и т.д. При этом в фирме будет отражена преемственная связь.

Следует отметить, что фирменное наименование тесно связано с правами предприятия на различные дипломы и медали, которые также не имеют точного стоимостного выражения, но чрезвычайно важны для организации как свидетельство о производственных достижениях. Успехи предприятия, „несмотря на смену владельцев, сохраняются благодаря устойчивости сложившихся… особых условий, присущих самому предприятию, как-то: первоначальное его устройство, искусство служебного персонала, усвоенные приемы производства и т.п. „.

Поэтому для наследственного права важен переход и наименований, не содержащих фамилии наследодателя. Если при наследовании предприятие не претерпевает реорганизации вследствие раздела его между наследниками, то проблем с наследованием фирмы не возникает. Сложнее обстоит дело в тех случаях, когда наследники не желают становиться сособственниками предприятия и производят его раздел. Такие случаи законодательство РФ регламентирует только самыми общими положениями о реорганизации предприятий (ст. 57 — 59 ГК РФ).

При разделении имущества предприятия между наследниками оно может остаться прежним юридическим лицом, выделив часть имущества не желающим вести предпринимательскую деятельность наследникам, может реорганизоваться в другую организационно-правовую форму либо ликвидироваться как таковое.

Имущественные права и обязанности реорганизованного юридического лица должны переходить при разделении и выделении в соответствии с разделительным балансом, который должен содержать „положение о правопреемстве по всем обязательствам реорганизованного юридического лица в отношении всех его должников и кредиторов, включая и обязательства, оспариваемые сторонами“ (ч. 1 ст. 59 ГК РФ).

При переходе по наследству производственного предприятия с разделением его фирменное наименование преимущественно должно передаваться тому предприятию-правопреемнику, к которому переходит имущество, позволяющее продолжать производственный процесс и выпускать продукцию прежнего качества либо выполнять услуги соответствующего прежнему предприятию уровня. В каждом конкретном случае решение о переходе фирмы должно быть индивидуально, с учетом характера разделения и возможностей предприятия. Ограничивать переход наименования какими-либо другими условностями представляется нежелательным.

В последнее время настоятельно встает проблема доверительного управления наследственным имуществом, учрежденного нотариусом в предусмотренных законом случаях.

Так, в соответствии с п. 7 ст. 21 Закона об ООО до принятия наследником умершего участника общества с ограниченной ответственностью наследства права умершего участника общества осуществляются, а его обязанности исполняются лицом, указанным в завещании, а при отсутствии такого лица — управляющим, назначенным нотариусом.

Если в составе наследства имеется имущество, требующее не только охраны, но и управления (предприятие, доля в уставном капитале хозяйственного общества, ценные бумаги, исключительные права и тому подобное), нотариус в соответствии со статьей 1026 Гражданского кодекса в качестве учредителя доверительного управления заключает договор доверительного управления этим имуществом. В случае, когда наследование осуществляется по завещанию, в котором назначен исполнитель завещания, права учредителя доверительного управления принадлежат исполнителю завещания (ст. 1173 ГК РФ).

Исполнение завещания специально назначенным для этого в завещании лицом — правовой институт, который очень давно существует в русском праве и никогда не исчезал из него: соответствующие нормы содержали оба гражданских кодекса советского периода. Тем не менее по ряду причин, главными из которых были ограничение свободы завещания и малозначительность наследственного имущества, никакого практического применения нормы об исполнителях завещания до последнего времени не имели. Напротив, дореволюционная русская судебная практика и литература чрезвычайно богаты выводами и соображениями по поводу положения, прав и обязанностей исполнителя завещания. Во многих случаях они не только представляют теоретический интерес, но и могут оказаться полезными при применении более чем скупых норм действующего законодательства об исполнении завещания.

Осуществить воплощенные в завещании распоряжения наследодателя можно только посредством исполнения завещания.

В действующем отечественном законодательстве легальное определение этого правового явления до сих пор отсутствует. Но еще в прошлом веке весьма удачное его описание сделал известный русский юрист А.Х. Гольмстен. „Исполнение завещания, — писал он, — представляет собой ряд действий, которые могут быть рассмотрены с формальной (процессуальной) и с материальной стороны. В первом случае действия эти совершаются независимо от содержания завещательного акта и заключаются в выполнении известных процессуальных форм с целью придать завещанию законную силу, дать наследникам возможность принять наследство и т.п. С материальной стороны это исполнение заключается в совершении действий, основанных на содержании завещания“.

Контроль за соблюдением всех предусмотренных законом формальностей, необходимых для появления юридически безупречного завещательного акта, — прерогатива „процессуального исполнителя“ завещания, которым надо считать нотариуса. Его публичные обязанности состоят в том числе в совершении ряда действий, создающих предпосылки, необходимые для возникновения такого вида наследственного правопреемства, как наследование по завещанию.

Исполнителем самих распоряжений, сделанных завещателем на случай смерти, то есть „материальным исполнителем“ завещания, обычно является названный в завещании наследник. Однако завещатель вправе отступить от этого правила, назначив исполнителями своей последней воли лиц, не являющихся наследниками ни по закону, ни по завещанию. В дореволюционном законодательстве такие исполнители завещания назывались душеприказчиками. При этом важно подчеркнуть, что исполнителем завещания в принципе не может быть наследник по закону, если только он не упомянут в завещании.

В том случае, когда завещатель специально указывает исполнителя своей последней воли, он должен заручиться согласием этого избранного лица. Только совпадение желания завещателя, изъявленного им в завещательном акте, с желанием (согласием) исполнителя, выраженным в завещании или приложении к нему, позволяет названному в завещании душеприказчику приступить после открытия наследства к исполнению последней воли наследодателя.

По своей правовой природе исполнение завещания представляет собой обязательственное отношение. Как писал А.Х. Гольмстен, „…душеприказничество есть обязательство… в нем имеются в наличности все три элемента всякого обязательства: должник, веритель и предмет; должником является душеприказчик как лицо, обязанное выполнить действия, возложенные на него завещателем; верителями являются лица, имеющие то или другое право на имущество, например наследники, кредиторы, даже само государство; что же касается третьего элемента, предмета, то он, как и во всяком обязательстве, состоит в удовлетворении, т.е. в исполнении должником (душеприказчиком) и доставлении верителю (наследникам и т.д.) того, к чему клонится обязательство (реализация завещания)“.

С теоретической точки зрения конструкция правоотношения по исполнению завещания представляет значительный интерес, привлекая внимание своей необычностью. На момент возникновения этого правоотношения его инициатор (завещатель) уже не является носителем ни прав, ни обязанностей и, естественно, в рассматриваемом отношении не участвует. В роли должника действительно оказывается исполнитель завещания, но только в части выполнения всех возложенных на него завещателем и законом обязанностей и никак не в качестве лица, ответственного по долгам и иным обязательствам умершего завещателя. В то же время существование у исполнителя завещания определенных прав (требований) позволяет считать его не только должником, но и причислить к категории кредиторов лиц, чьи обязанности корреспондируют этим правам. Положение наследников по завещанию в рассматриваемом отношении аналогично — они обладают не только правом требовать от душеприказчика выполнения им своих обязанностей, но и обязаны подчиняться его требованиям, основанным на законе и завещании.

Наследование является универсальным правопреемством, то есть преемством, в котором правопреемники (наследники) наследуют совокупность имущественных прав и обязанностей умершего. Поэтому исполнитель завещания лишен возможности удовлетворять имущественные требования кредиторов наследодателя, тем самым очищая наследство от долгов и превращая наследственное имущество в совокупность прав.

Согласно статьи 562 ГК РФ кредиторы наследодателя вправе в течение шести месяцев со дня открытия наследства предъявить свои претензии принявшим наследство наследникам, или исполнителю завещания, или нотариальной конторе по месту открытия наследства либо предъявить иск в суде к наследственному имуществу. По смыслу указанной статьи наделение кредиторов умершего данным правом является лишь способом выявления лиц, имевших на момент смерти наследодателя имущественные требования к нему. Ни о каком удовлетворении исполнителем завещания претензий или исковых требований речь в данном случае не идет. Этот вывод подтверждается и анализом некоторых норм Гражданского процессуального кодекса РФ (далее по тексту — ГПК). Так, согласно второму абзацу статьи 30 ГПК иски кредиторов наследодателя, предъявленные до принятия наследства наследниками, подсудны суду по месту нахождения наследственного имущества или основной его части. Суд, принявший исковое заявление от кредитора наследодателя, в силу п. 1 ст. 215 и п. 1 ст. 217 ГПК обязан приостановить производство по делу до определения правопреемника умершего. Таким образом, отвечать по долгам наследодателя могут только наследники, принявшие наследство.

Вместе с тем признание наследования универсальным правопреемством не лишает исполнителя завещания возможности истребовать имущество от должников наследодателя с целью включения его в наследственную массу. Хотя действующее законодательство не содержит ни одного специального указания на этот счет, а общие нормы наследственного и обязательственного права к исполнителям завещания не вполне применимы, следует признать, что при наличии соответствующего указания в завещании исполнитель может предъявлять имущественные требования к должникам наследодателя.

Главным правом исполнителя завещания является право на совершение всех действий, необходимых для выполнения завещательных распоряжений.

Обычно исполнитель временно заменяет в хозяйственном обороте умершего наследодателя, поэтому он как заботливый хозяин обязан беречь вверенное ему имущество. В отсутствие специальных указаний закона можно предположить, что исполнитель завещания вправе сам принять меры, обеспечивающие выполнение такой обязанности, либо возложить ее исполнение на другое лицо, оставаясь при этом ответственным за сбережение наследственного имущества перед наследниками умершего.

Когда-то весьма авторитетный русский юрист К. Победоносцев писал, что наследник вправе обратиться к исполнителю завещания за отчетом только в том случае, если у него есть имущественный интерес, зависящий от действий этого лица, если же такого интереса у наследника нет, то «…он не вправе требовать от душеприказчика отчета… ибо такое требование не нашло бы себе соответствующего места ни в системе судебных исков, ни в ряду каких-либо административных требований“. Однако отечественная доктрина и правоприменительная практика давно уже придерживались той точки зрения, что исполнитель последней воли завещателя, как и всякий, ведущий чужое дело, не может быть освобожден от обязанности представления отчета даже самим завещателем. В основу этого вывода положено то, что душеприказчик временно обладает чужим имуществом, предназначенным передаче в собственность другим лицам.

По действующему законодательству исполнитель последней воли завещателя не имеет права на получение вознаграждения, но имеет право на возмещение за счет наследства необходимых расходов, понесенных им в период охраны наследственного имущества и управления им. При возмещении душеприказчику понесенных расходов может возникнуть вопрос о соразмерности компенсации. Можно представить себе ситуацию, когда исполнитель завещания в процессе выполнения распоряжений, сделанных наследодателем на случай смерти, изымал собственные средства из оборота, а следовательно, лишался определенной выгоды от их использования. Такие действия душеприказчика могут расцениваться как своего рода кредитование наследства. Поэтому исполнитель, рисковавший собственными средствами на благо наследственного имущества, безусловно, заслуживает если не материального поощрения, то хотя бы компенсации не полученных им доходов. При отсутствии специальной нормы к рассматриваемым отношениям могут быть применены положения Гражданского кодекса о коммерческом кредите и как следствие такого вывода — ст. 809 ГК.

Что касается ответственности исполнителя завещания, то очевидно, что она наступает только в случае невыполнения или ненадлежащего выполнения им своих полномочий. Так, если, выполняя последнюю волю наследодателя, душеприказчик вышел за пределы предоставленных ему прав и распорядился имуществом вопреки желаниям умершего, выраженным им в завещании, ответчиком по иску должен быть сам исполнитель завещания, а не новый обладатель вещи. Совершенно иная ситуация возникает, когда исполнитель завещания выполнил все распоряжения, но впоследствии само завещание было признано недействительным. Очевидно, что душеприказчик как добросовестный участник гражданских отношений в данном случае не может быть привлечен к ответственности. Ответчиком по иску должен стать приобретатель имущества; ввиду отпадения основания получения материальных благ этот субъект оказался в положении неосновательно обогатившегося лица.

Завещатель может избрать нескольких исполнителей своей последней воли, распределив между ними права и обязанности или ограничившись лишь упоминанием их имен или наименований, если исполнение завещания поручено юридическим лицам. Во втором случае могут возникнуть серьезные проблемы, однозначное решение которых в действующем законодательстве отсутствует. Из анализа ст. 321 — 326 ГК можно сделать вывод о том, что обязанности соисполнителей завещания являются солидарными только в случае, если предмет обязательства неделим. Во всех остальных случаях соисполнители обязаны в равных долях выполнить посмертные распоряжения, при этом каждый отвечает лишь за свои собственные действия. Такие выводы достаточно спорны. Если считать предмет рассматриваемого обстоятельства неделимым, следует признать отсутствие у наследодателя возможности точно определить права и обязанности каждого назначенного соисполнителя. Если же рассматривать возникшие отношения как обязательство долевое, возникает вопрос: как поделить между душеприказчиками доли участия в исполнении этого обязательства и кто это должен сделать?

В сегодняшнем отношении законодателей иностранных государств к разделам наследуемых предприятий прослеживается стремление примирить два противоречия: с одной стороны, раздел предприятия уменьшает его стоимость и невыгоден «не только наследникам, но и обществу в целом. С другой стороны, невозможно как запретить наследнику раздел наследственного имущества, так и передать наследственное имущество в монопольное владение лишь определенной части наследников“. Потому, например, Гражданский кодекс Японии содержит возможность ограничения свободы раздела наследственного имущества как завещанием, так и судом (ст. 907 — 908 ГК Японии), однако срок такого ограничения не может превышать пяти лет. При этом завещанием может быть предусмотрен способ такого раздела.

Аналогичное правило содержится в германском Гражданском уложении: «Завещательным распоряжением наследодатель может воспрепятствовать разделу всего наследства или отдельных наследственных предметов либо поставить раздел в зависимость от заблаговременного предупреждения о разделе… Такое распоряжение становится недействительным по истечении тридцати лет с момента открытия наследства“ (либо по наступлении определенного события и т.д.).

Один из ранних вариантов проекта ГК РФ содержал статью «Наследование предприятия“ следующего содержания: «Если иное не установлено соглашением всех принявших наследство наследников, предприятие, входящее в состав наследства, разделу не подлежит и поступает в общую долевую собственность наследников в соответствии с причитающимися им долями“. Понятно, что разработчиками данной нормы преследовалась цель сохранения целостности предприятия. Однако действующие сегодня Закон РСФСР «О крестьянском (фермерском) хозяйстве» и Земельный кодекс РФ содержат подробные нормы о разделе крестьянского (фермерского) хозяйства (далее — фермерское хозяйство), в том числе и при наследовании. Не затрагивая сложных проблем, связанных с коллизиями в правовом положении субъектов предпринимательской деятельности в сельском хозяйстве (в 1996 — 1997 гг. им были посвящены «круглые столы» в ИГП РАН), мы рассмотрим здесь вопросы раздела фермерского хозяйства, поскольку это напрямую относится к возможному разделу хозяйства наследниками фермера. Как видно, законодателя заботят проблемы раздела предприятия и в особенности предприятия земледельческого, сельскохозяйственного.

Действительно, проблемы нежелательного раздела предприятия затрагивают участников коммерческих организаций всех организационно-правовых форм. В определенных случаях для коммерческой организации выход одного из участников (или выдел соответствующего имущества наследникам участника) может повлечь тяжелые финансовые затруднения, нарушить нормальное функционирование и даже привести к расстройству дел предприятия.

После смерти одного из членов фермерского хозяйства (при наличии других членов хозяйства) земельный участок сохраняется за хозяйством и доля в земле и имуществе наследникам не выделяется, наследники вправе рассчитывать лишь на денежную компенсацию, соразмерную доле наследодателя в общей собственности хозяйства. При этом сохраняется правило п. 3 ст. 15 Закона, где предусмотрена выплата денежной компенсации в пятилетний срок.

Эта норма представляется не вполне справедливой, особенно при отсутствии какого бы то ни было регулирования порядка вступления наследников в члены хозяйства. В отличие от рассмотренных нами выше коммерческих организаций, даже при общем согласии остальных членов хозяйства на выдел доля земли и имущества не может быть выделена ни выходящему члену хозяйства, ни наследникам умершего фермера. Это правило представляется не только нецелесообразным, но и не вполне логичным. Ведь размер земельного участка фермерского хозяйства складывается из земельных паев, выделенных каждому члену этого хозяйства при выходе из колхоза (реорганизации совхоза); фермерскому хозяйству, организуемому не проживающими на территории реорганизуемого земледельческого хозяйства гражданами, земельный участок выделяется из земель запасного фонда также с учетом членов фермерского хозяйства.

Смогут ли оставшиеся члены хозяйства выплатить установленную компенсацию за этот срок? Поскольку ст. 257 ГК РФ допускает долевую собственность членов фермерского хозяйства на имущество последнего, а следовательно, и любые пропорции долей, то следует ожидать и случаи, когда фермерское хозяйство будет обременено долгом перед наследниками умершего фермера, граничащим со стоимостью всего имущества хозяйства. Скорее всего, для выплаты компенсации хозяйству придется продавать что-либо из неделимых средств или попросту передавать часть их наследникам. Обязанность выплатить остальным наследникам денежную компенсацию во многих случаях поставит фермеров хозяйства в весьма тяжелое положение: обременение хозяйства большим долгом в значительной степени уменьшит выгоды нераздельного владения.

Следует отметить, однако, что нормы ГК РФ распространяются только на фермерские хозяйства, имущество которых является общей собственностью нескольких его членов (ст. 257 — 259 включены в главу 16 «Общая собственность» ГК РФ и не распространяются, следовательно, на имущество индивидуальных фермеров — для последних действуют нормы Закона «О крестьянском (фермерском) хозяйстве». Прежние редакции Закона предусматривали возможность передачи наследодателем земли одному из членов хозяйства по согласованию с другими, причем неясно, кто должен согласовывать этот вопрос: фермер ли, составляющий завещание, либо после его смерти наследник по завещанию с остальными членами хозяйства. Отсюда возникали ситуации, когда после смерти отца — главы фермерского хозяйства — один из его сыновей наследовал земельный участок, да еще и все основные средства хозяйства ввиду неделимости их в натуре, в то время как остальные сыновья, по различным причинам не желающие вести совместное хозяйство, вынуждены были создавать свои фермерства практически с нуля, получив лишь денежную компенсацию, предусмотренную п. 3 ст. 15 Закона).

В последней, ныне действующей редакции указанного Закона данное положение не сохранилось (ст. 26 «Передача в наследство земли» в соответствии с Указом Президента РФ от 24 декабря 1993 г. утратила силу <*>). Однако действующими сегодня статьями данного Закона предусматривается, с одной стороны, право хозяина-фермера «передать земельный участок по наследству», а с другой стороны, сохраняется правило о том, что «переданный… земельный участок для организации крестьянского хозяйства разделу не подлежит» (ч. 2 ст. 11 Закона). Вместе с тем действует также ст. 61 Земельного кодекса РСФСР, предусматривающая тот же порядок, что и утратившая силу ст. 26 Закона. Потому по существу сохраняется ограничение свободы завещательной воли не только членов коллективных фермерских хозяйств, но и завещательной воли фермера-единоличника: последний вправе теперь в завещании разделить имущество хозяйства, но не земельный участок. «Земельный участок гражданина, ведущего крестьянское (фермерское) хозяйство, передается по наследству одному из членов этого хозяйства по согласованию с другими членами крестьянского хозяйства», а при отсутствии таковых — наследнику имущества умершего, желающему вести хозяйство.

Думается, в большинстве случаев сонаследники сами не станут учинять экономически невыгодный раздел предприятия (или выдел доли). В случаях, когда это не повлечет особенных сложностей для предприятия, раздел (или выдел) вполне возможен, и регулироваться он должен общими нормами о выходе участников из хозяйственных обществ (товариществ) или о реорганизации (разделении, выделении) юридических лиц. Однако во многих случаях оставшееся без единственного учредителя (участника) предприятие может подвергнуться разделу — вопреки желанию части наследников (и, возможно, вопреки воле создавшего предприятие наследодателя). В таких случаях не возникает проблем сочетания интересов прежних соучредителей (участников) организации с интересами наследников. Здесь необходимо будет разрешить коллизию интересов наследников (желающих или не желающих раздела) и воли наследодателя.

Действующие правовые акты не затрагивают еще один важный вопрос, возникающий при наследовании предприятия (доли, вклада и т.д.). Как известно, по законодательству России собственник предприятия не несет ответственность по долгам последнего и рискует только размером внесенного вклада, но за определенными исключениями. Такие исключения — это личная имущественная ответственность полных товарищей в полных товариществах и товариществах на вере, дополнительная ответственность участников обществ с дополнительной ответственностью, дополнительная ответственность членов производственных кооперативов, а также случаи, когда «несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания или иным образом имеют возможность определять его действия» (ст. 56 ГК РФ). В таких случаях при недостаточности имущества юридических лиц на указанных граждан может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам юридического лица.

Принцип ограниченной ответственности наследника пределами действительной стоимости перешедшего к нему имущества наследодателя в полной мере защищает интересы наследников, не замещающих наследодателя в составе участников коммерческой организации, а получающих лишь стоимость его доли. Но наследники, вошедшие в число участников хозяйственного общества (товарищества), с момента вхождения несут ответственность не только в пределах стоимости наследства, но и личную ответственность в соответствии с законом (и уставными документами юридического лица).

Если после принятия наследства обнаружатся долги предприятия, повлекшие затем его банкротство (причем банкротство будет вызвано осуществленными при жизни наследодателя действиями учредителей), то наследник может стать обязанным отвечать по долгам товарищества (общества) даже при отсутствии своей вины: требования к имуществу предприятия неминуемо коснутся и имущества, составлявшего прежде долю наследодателя, а теперь — долю наследника.







 
→ Использование материалов jurist-for-you.ru разрешается при условии ссылки (для интернет-изданий - гиперссылки) на jurist-for-you.ru.
Пользовательское соглашение   |   Обратная Связь   |   RSS 2.0
Copyright © 2005 jurist-for-you.ru. All rights reserved.